Судьба людей повсюду та же

Максим Соколов

8 февраля с. г. телеканал Sky News со ссылкой на министра внутренней безопасности страны Джона Келли сообщил, что «Американские посольства могут начать требовать от иностранных граждан, подающих заявление на получение визы, указывать пароли от аккаунтов в соцсетях». PIN-коды от банковских карт требовать пока вроде не собираются, хотя, возможно, это и излишне – борьба с банковской тайной и так идет чрезвычайно успешно.

Пожалуй, излишним является и требование паролей. Если кто верит, что инновационный благодетель человечества Марк Цукерберг крайне щепетилен в охране приватности пользователей сети Facebook, то блажен, кто верует, тепло ему на свете.

Но веруют не все.

Причем поведение властей США и аффилированных с ними лиц и организаций отнюдь не является чем-то из ряда вон выходящим. У нас в принципе то же самое, да и не только у нас. «Пакет Яровой» (и аналоги его по всему миру), усиленные разговоры о деанонимизации интернета etc.

Тут даже не Big Brother is watching you everywhere, а все Brothers от мала до велика are watching you everywhere. В меру сил и возможностей, конечно, но желания у всех хоть отбавляй.

Причем оснований для такого желания – и даже довольно убедительных – более, чем достаточно. Терроризм сегодня немыслим без замечательных возможностей, предоставляемых мировой сетью, шпионаж тоже. Хакерство и бьет по карману частных физических и юридических лиц, и посягает на такую основу всякой власти, как чудо, тайна и авторитет.

Можно обижаться и негодовать, но процесс закручивания кибергаек представляется неотвратимым. «Вот стою я перед вами словно голенький» – такова будущая (если уже не настоящая) судьба человека vs киберпространстве.

На фоне сегодняшних реалий тем более трогательными представляются декларации и манифесты двадцатилетней и более давности. В 1996 году, когда интернет пребывал еще в октябрятском возрасте, прогремела сочиненная Джоном Барлоу «Декларация независимости киберпространства»:

«Правительства индустриального мира, вы — утомлённые гиганты из плоти и стали; моя же родина — киберпространство, новый дом Сознания. От имени будущего я прошу вас, у которых всё в прошлом, оставьте нас в покое. Вы лишние среди нас. Вы не обладаете верховной властью там, где мы собрались… Глобальное общественное пространство, которое мы строим, по природе своей независимо от тираний, которые вы стремитесь нам навязать. Вы не имеете ни морального права властвовать над нами, ни методов принуждения, которые действительно могли бы нас устрашить… Наши личности не имеют тел, поэтому, в отличие от вас, мы не можем достичь порядка посредством физического принуждения. Мы верим, что наш способ правления возникнет на основе этики, просвещённого эгоизма и общего блага… Мы сотворим в киберпространстве цивилизацию Сознания. Пусть она будет более человечной и честной, чем мир, который создали до того ваши правительства».

Сейчас реакция может быть только одна – «Волчьим смехом расхохоталось собрание». А тогда и слушалось, и читалось с большим энтузиазмом. Думалось: вот путь к безграничной свободе

Может быть, кстати, поэтому именно тогда либертарианцы претендовали на звание хозяев дискурса – с девизом «Все новое – свободно». Уж очень «Декларация независимости киберпространства» рифмовалась с их учением.

Теперь отцвели уж давно хризантемы в саду, и киберпространство ассоциируется то ли с тупым хулиганством, то ли с монетизацией всего, что только можно, то ли просто с жвачными рефлексами киберзависимых. Свободой давно уже и не пахнет.

Но так бывало и прежде. Автомобиль ведь тоже рифмовался со свободой и с американской мечтой – вольный человек на автомобиле мчит, куда влечет его свободный ум. Самобеглая коляска, как символ раскрепощения от оков. В 20-е гг., как только автопром более или менее встал на ноги, культура и литература исполнилась образом этой пахнущей газолином и маслом воплощенной свободы. Вспомним хотя бы «Трех товарищей» Ремарка и их тотем автомобиль «Карл» – призрак шоссе.

Этот образ возникал даже в обстоятельствах сугубой несвободы, как у Солженицына в главе о ссылке народов – ссыльные чеченцы в Казахстане «Больше всего старались устроиться шоферами: ухаживать за мотором — не унизительно, в постоянном движении автомобиля они находили насыщение своей джигитской страсти». А также «в шоферских  возможностях — своей страсти воровской».

Так американская мечта в ее моторном изводе покорила мир. Не выключая и мира социалистического

Сейчас от этого считай, что ничего не осталось. Разве что лихачество стритрейсерши Мары Багдасарян, но при внешнем сходстве тут прямая противоположность былой автомобильной мечте. Та мечта была демократичной, а забавы золотой молодежи утверждают сословное неравенство. То есть все наоборот.

На долю же демократической публики остались платные парковки, вездесущие камеры, в идеале (впрочем, уже во многом реализованном в более богатых странах) – «не моги никуда съехать с автобана». На очереди – полный контроль вышестоящих органов над всеми передвижениями экипажа посредством спутников, «черных ящиков» etc. Вроде бы в целях сугубо фискальных, но когда же полный контроль ограничивался одними задачами фиска.

Все понятно, все направлено на благоустройство, но прежней мечты с ароматом бензина и машинного масла – ее больше нет.

Сегодня, когда говорят о новых имеющих преобразить мир гаджетах, о свободе уже и не говорят. Еще большее благоустройство – да, но мечты – куда там.

Мир давно расквадрачен и каждый сверчок должен знать свой шесток, на котором он будет наслаждаться новейшим гаджетом

Впрочем, о судьбе изобретений, поначалу сулящих новую свободу, было сказано еще в 1824 году –

«Судьба людей повсюду та же:

Где капля блага, там на страже

Уж просвещенье иль тиран».

Или оба в одном флаконе.

Поделиться: / / /