Russia First

Леонид Радзиховский

«Они обсуждали необычайно важное событие, грозившее опрокинуть мировую экономику.

— Кажется, будут носить длинное и широкое, — говорила Фима. — Мрак».

Похоже, что мы в том же положении. Похоже, что если дело так и дальше пойдет, Мировая экономика, хуже того, Мировая политика и правда будут опрокинуты на спину.

Кажется будут носить свое.

В роли Фимы Собак выступил, как известно, президент США, провозгласивший курс на изоляционизм, национальный эгоизм, America First.

Но так как США и правда – First (интеллектуальный, эстетический, информационный) для всего мира, то, фактически, они тем самым задают новый мировой изоляционистский тренд.

Анекдот состоит в том, что «отказываясь миссионерствовать» они… просто меняют вектор Миссионерства!

Так что в словах про «изоляционизм» есть определенное кокетство (лукавство) – внутренняя уверенность, что они все равно будут задавать Вращение Шарика, все равно останутся в роли Мессии – пусть не глобализма, так изоляционизма…

В общем, какие стенки ни строй, а все равно поверх любых стенок они окажутся Законодателями Мировой Моды.

Так это будет или не так – увидим.

Но вот применительно конкретно к России все это выглядит довольно забавно.

Как известно, Россия считается пионером «консервативной революции» в Мире, по крайней мере в Западном Мире. Идеи консерватизма, евроскептицизма, критика политкорректности высказывались давно и многими, прежде всего на Западе, тут патент не возьмешь.

Но именно Россия «приделала к этим идеям ноги», приложила к ним волю, сделала их из общих упражнений в риторике – политической программой (начиная как минимум с Мюнхенской речи Путина 2007)

Этот «неоконсерватизм» своеобразный, конечно.

Россия никогда не отказывалась от главного достижения и символа веры либерально-модернистского общества – от Социального Государства. (Больше того, само оно во всем мире есть результат «невольной конвергенции» классического либерально-западного капитализма и советского «социалистического» патернализма). В страшном сне никто не заикался о возвращении к «сословному обществу» или отказу от социальных гарантий «как в добром старом XIX веке».

Россия не отказывалась и от принципов политкорректности – сколько бы над ней не издевались наши борзые публицисты, как бы ее не отторгало наше общество. Ведь политкорректность – это не только «права геев» (кстати, в России, на самом деле, никто и никак их не ущемлял и не ущемляет!). Это отсутствие расовой дискриминации – признака доброго старого европейского консерватизма. И в России ее нет – например, в России до сих пор, в отличие от США и многих стран ЕС, запрещено само выражение «исламский терроризм». Есть только 100% дистиллированный политкорректный «международный терроризм». Нет в России и государственного антисемитизма, иных форм национальной дискриминации.

Можно долго называть каких еще «традиционных ценностей» нет в российской «консервативной идеологии-XXI». Но гораздо проще сказать что же в ней есть, что, собственно, отличает ее от лево-либерального дискурса 1990-х – 2010-х на Западе

Отказ от экспорта-импорта либеральной демократии. Прежде всего, естественно, категорический отказ самим, в России, принимать беспошлинно этот товар. Сохранение своего политического суверенитета – во внутренней («Вертикаль») и внешней политике. Но более того – декларация «глобального отказа от глобализации», декларация повсеместного неприятия все того же «культуртрегерского» экспорта демократии.

В этом и состояло капитальное мировоззренческое разногласие между «суверенной Россией» и «глобальным американизированным Западом».

Мы все видели, как это идеологическое разногласие материализовывалось в политические конфликты. Но так или иначе, Россия долго выступала в роли «мирового маргинала» — одна шла против Западного глобального тренда, хотя и опираясь на «правый Интернационал» внутри западных стран («антиглобалисты всех стран – объединяйтесь в глобальный фронт»).

И вот – шарик повернулся.

Трудно уверенно что-то говорить, ситуация вполне подвешена, «фигура» и «фон» меняются местами ежедневно, но, во всяком случае еще недавно определенно казалось, что антиглобализм стал глобальным трендом

Собственно и сейчас так кажется, несмотря на растущую «подвешенность США» и неопределенность с «французским выбором». Буду думать, что и до момента публикации этой статьи так все еще будет казаться…

Итак, будем считать, что «ты победил, галилеянин» — консервативная революция, о необходимости которой так долго говорили антибольшевики (отрицатели либерального большевизма) – совершилась.

В этом прекрасном мире суверенно-эгоистичных государств уж самой-то России в себе ничего не надо менять, ведь именно Россия – его предтеча и пророк?

Не совсем так, «есть нюанс».

Да, Россия провозглашала свой суверенитет и, более того, общую идеологию национально-суверенных государств

Но практически в нашей политике последних лет (а уж те более в пиаре!) часто казалось, что внешняя политика – первична, а внутренняя – вторична. И по накалу эмоций, и по четкости задач и по результатам и по «моральному авторитету» внешняя (и военная) политика явно далеко превосходила внутреннюю.

Это укладывается в идеологию суверенитета, Russia First и неприятия Мессианства в двух случаях.

Первое. Если страна не признает чужого мессианства над собой, но зато сама очень даже склонна наступательным мессианством заниматься! Не признаем импорта политических идей и дел – но тем охотнее их экспортируем. Что, собственно, и проделывали США (особенно времен Буша – Обамы).

Однако, такое предположение в отношении современной России было бы несправедливо

Российская Империя была «одухотворена» идеями славянофилов (от Хомякова до Данилевского-Достоевского, кстати, примыкали к ним в этом вопросе и либералы-западники, например. Милюков-«Дарданелльский») о Собирании Славянского Мира, восстановлении Византии, захвате Царьграда (ласковое название Константинополя) — «Пади пред ним, о Царь России,/ И встань, как Всеславянский Царь!».

Великие Большевики (Ленин-Сталин) сменили Третий Рим на Третий Интернационал и – в отличие от мечтателей-славянофилов, немало в том преуспели. Эту Программу трухлявый духовно, но Сверхмощный физически СССР тянул до 1980-х…

Однако, современная Россия к таким Сверхценностям абсолютно не склонна. Один раз, на краткий миг мелькнуло краем нечто подобное («русский мир»), но практически тогда же этот лозунг как политический и исчез

Итак, нет ни наступательного мессианства, ни Миссии, ни экспорта идей и действий.

Второе. Страна вынуждена тратить главные силы – моральные и физические – на внешнюю (военную) политику, если ей угрожают «чужие Мессии» и для сохранения своего суверенитета, идентичности (а то и физической целостности!) она вынуждена обороняться. Заниматься политико-идеологическим протекционизмом.

Собственно именно такой и была до последнего времени официальная идеологема.

Никакого «интернационального долга», но – необходимость идейной и физической самозащиты, в том числе «на дальних подступах».

Однако, при более-менее спокойном взгляде вокруг себя выясняется, что слухи о необходимости обороны «осажденной крепости» сильно преувеличены

Никто никак ничем не угрожал и не угрожает России в военном отношении. Нет у нас территориальных споров ни с одной страной НАТО и с самим этим «агрессивным блоком» в целом. Три года упорного противостояния показали, что можно громко и яростно ругаться – но никто и в мыслях не держит драться. Да и предположение (которое никогда не было, кстати, официальной точкой зрения!), что «корабли США спешили в Севастополь» никак не подтвердилось за эти годы – НАТО совершенно не «рвется» на Украину, хотя какие только украинские политики не звали этих варягов…

Наконец, слухи о «подрывной работе» западной агентуры, которая с помощью «пятой колонны» готовится изнутри взорвать нашу Крепость – тоже так ничем не подтвердились. Что-то колонны не видать ни в какой бинокль – и даже падение уровня жизни никак не увеличило политическую капитализацию тех, вполне бессильных людей, которых в эту «колонну» зачисляют. А «старболы», ворчуны и брюзги по интернет-кухням – на «страшную силу» никак не тянут. Почему? Да потому что не красивы они – во всех смыслах…

Но что же тогда получается?

Получается, что сложившаяся де-факто система приоритетов нуждается в капитальной перезагрузке

Тем более, если и повсеместно Мир, все страны переходят на рельсы суверенного эгоизма.

Внутренняя (экономическая, социальная, партийная и т.д.) политика – The First. Поглощает у политического класса больше времени, сил, пиар-усилий, в ней ставятся важные цели и т.д. А вот внешняя политика важна лишь постольку, поскольку создает условия для спокойных занятий именно этой, сугубо внутренней политикой. Все прочие внешнеполитические задачи, амбиции, проекты – «от лукавого».

Если с этой – вполне изоляционистской, национально-эгоистической  – позиции посмотреть на наши задачи в Сирии и на Украине, на отношения с Западом и Востоком, с странами СНГ и Латинской Америки, США и НАТО и т.д., то, полагаю, очень многое пришлось бы пересмотреть.

В этом ракурсе «многое теряется из виду, тают грозовые облака, кажутся нелепыми обиды…»

Ну, вот, для примера, «зона Особых Интересов в СНГ».

Мы часто слышим эти слова – всегда с интонацией «борьбы с Западом», который эти «особые отношения», эту «зону влияния» не желает признавать.

Слов нет, вести словесную ТВ-борьбу «с ними» за «нашу Зону» — работка не пыльная.

А… в чем же, собственно, состоят эти «особые отношения» и эта самая «зона влияния»?

Стоит задать себе этот вроде немудреный вопрос, раскрыть скобки – и в скобках-то… ничего особенного и нет.

Есть разные страны СНГ.

С Азербайджаном у России не те отношения, что с Киргизией, с Туркменией – не те что с Молдовой, а с Белоруссией – не те, что с Украиной (да-да, она ведь тоже «член СНГ»).

Вот только каждая из этих самых разных стран – кто с восточной вежливостью, кто совсем в иных выражениях – ведет свою политику, вполне себе суверенную по отношению к России – и вовсе не «печенки Госдепа» тому причиной, а просто все то же естественное желание самим решать свои дела.

К чести России надо сказать, что она как правило и не лезет – ни в чужие выборы (или «выборы»), ни в экономическую политику, ни в тексты чужих законов, ни в обычаи, нравы и т.д.

Так в чем, собственно, «зона ответственности», «зона влияния»?

Каждая страна выбирает свою дорогу, своих партнеров и если, допустим, страны Ср.Азии все теснее увязывают свои экономики с Китаем – то это сугубо их проблемы

Россия сосредотачивается – эти слова канцлера Горчакова у нас часто повторяют, но, по-моему в смысл не особо вдумываются.

Между тем он прост.

Россия сосредотачивается в пределах своих географических границ, предоставляя уважаемых соседей, ближних и дальних – им самим.

Россия сосредотачивается на своих – и только своих! – проблемах. Благо их хватает. Ни к кому не лезет ни с чем – и к себе никого не ждет. Перефразируя известное выражение – «чужих проблем не нужно нам ни грани, но и в свои не пустим никого»

Понятно, изоляционизм вовсе не исключает экспансию, наоборот – часто ее как раз требует. Но! Не ради «спасения Человечества (соседей, родных, близких)». Не ради демонстрации себе и Миру державных Амбиций (мощи, гордыни, величия). Не «назло надменному соседу». Уж тем более не ради территорий. Экспансия оправдана когда она внутренние силы и возможности ищут внешнего выхода и могут извне принести пользу для внутреннего развития. Такова торговая и экономическая экспансия Китая, Японии или иных стран Юго-Восточной Азии, культурно-информационная и финансовая экспансия США и т.д. Экспансия ради своего внутреннего развития – а не свое развитие, ради обслуживания внешней экспансии. Тоже самое относится к участию в любых союзах, межгосударственных объединениях и т.д.

Ясное и твердое понимание, что формула «каждый – за себя, один Бог – за всех» в полной мере относится к России (как и к любой иной стране) – вот это понимание и реальные действия в таком духе, сделали бы идеологию и политику «российского консерватизма» вполне гармоничными.

Фото: «Two russian bears»

Поделиться: / / /