Свидетельство о смерти СССР

Максим Соколов

И 8 декабря 1991 г., когда в беловежской резиденции Вискули главами Белоруссии, России и Украины были подписаны соглашения, упраздняющие СССР, и 8 декабря 2016 г., когда исполнилась четверть века Беловежским соглашениям, прошли в общем-то незаметно для публики. И тогда, и даже сейчас, когда, казалось бы, и плюсы, и минусы этих соглашений проявились во всей ясности.

25 лет – порядочный срок.

Что до конца 1991 г., то невнимание к роковым решениям понятно. Современники великих, порубежных исторических событий часто воспринимают их спокойно, а то и вовсе не замечают

4 сентября 476 г. военачальник Одоакр низложил последнего императора Западной Римской империи Ромула Августула, отослал имперские инсигнии в Констатинополь и провозгласил себя королем Италии. Эта дата традиционно считается рубежом между античностью и средневековьем, но римляне конца V в. того еще не знали и перехода в Средние Века не заметили. Беспорядок, которого и так было довольно, продолжал возрастать, никакого осознания принципиальных изменений в западном мире не наблюдалось, и лишь сильно потом из общего хаоса с великими муками стало рождаться нечто похожее на новый порядок. А так день 4 сентября был совершенно обычным.

10 августа 843 г. три брата, три внука Карла Великого заключили Верденский Договор о разделе империи. Старшему, Лотарю досталась Италия, Прованс, Бургундия и Нидерланды, среднему, Людовику Немецкому – Германия и Австрия, младшему, Карлу Лысому – Франция. Последствия деяния верденских каинов были, возможно, даже сильнее, чем деяния каинов беловежских. Вражда между наследниками Людовика Немецкого и Карла Лысого завершилась (и то навсегда ли?) только одиннадцать веков спустя – после 1945 г. Тем не менее великая геополитическая катастрофа IX века прошла незамеченной. Вероятно, современники были слишком поглощены своими частными заботами.

Этих частных забот хватало и в темном декабре 1991 г. Когда перед идеально пустыми магазинами задолго до открытия выстраивались очереди хоть за чем-нибудь, когда не то что прежняя система советской торговли, но даже и черный рынок пребывал в невразумительном состоянии, а горожане запасались картошкой, интерес к судьбе СССР был откровенно невелик. «Петр ли сожрет Софью, Софья ли Петра – лишь бы что-то определилось». А равно ужасный конец лучше бесконечного ужаса.

Потому-то в Верховном Совете (кстати, вскоре ставшим весьма оппозиционным) ратификация Беловежских соглашений прошла не просто гладко – одуряюще гладко.

Давление народного мнения было слишком сильно, а идея «отделимся и заживем» на тот момент безраздельно владела массами

А что реализация этой идеи оказалась значительно менее гладкой, чем казалось гражданам в декабре 1991-го – «Так ведь это, прости, потом».

Но и после двадцати пяти лет крайне кривоколенной реализации воспоминание о 8 декабря 1991 г. оказалось откровенно слабым. Несколько философических заметок в прессе, дежурный лай Александра Проханова с Леонидом Гозманом в ток-шоу (так они бы полаялись, даже если бы им предложили обсудить, что лучше: груши или яблоки) – да, собственно, и все. Никаких особенных Каинов, никаких особенных проклятий адскому сговору.

Кроме того, что в юбилейный период рано или поздно наблюдается усталость от текстов, посвященных памятной дате – в 2017 г. мы еще гарантированно столкнемся с этим, — есть еще одна причина. Кратко ее можно назвать: «Ты победил, Солженицын».

Речь тут не идет об оценке тех или иных исторических событий в смысле нравственном – к добру они или к злу. Тут кто согласится с Солженицыным, а многие, как мы видим ныне, совершенно не согласятся.

Речь о другом – о способности писателя переосмыслять истоки и выделять узлы событий  (которые прежде несколько выспренно назывались «звездные часы человечества»). Эти узлы – «Август Четырнадцатого», «Октябрь Шестнадцатого», «Март Семнадцатого» – подобны ж.-д. стрелкам, через которые проходит груженый состав истории. Может пройти так, может эдак – в зависимости от положения стрелочного перевода. Но когда уже прошел, дальше история идет безальтернативно. До следующей стрелки.

Когда задавались вопросом «Отчего «Красное колесо» заканчивается четвертым узлом «Апрель Семнадцатого», а дальше только конспективные заметки вплоть до 1922 г., иные говорили, что в процессе валяния глыб Солженицын надорвался. Не мог далее писать свое повествование в отмеренных сроках с той же основательностью.

Но есть и другой ответ, данный самим Солженицыным.

К апрелю 17-го красное колесо так раскрутилось, что дальнейшая история уже не знала сослагательного наклонения

История про то, как «Полюбили сгоряча // Русские рабочие // Троцкого и Ильича, // И все такое прочее» была окончательно запрограммирована еще весной. Дальше лишь нюансы, несомненно, интересные, но уже нимало не меняющие сути.

Так и распад СССР был окончательно предрешен самое позднее в Августе Девяносто Первого. На самом деле, возможно, даже раньше. А оформление справки о смерти – чем занимались в резиденции Вискули беловежские каины, — это всего лишь оформление и не более того.

Оттого и интерес к этой конкретной дате невелик.

Поделиться: / / /