Запретите свитер

Дмитрий Ольшанский

Скажу кое-что неприятное.

Трагедии подростковых самоубийств — это вечная история. Вечная — по крайней мере, с тех пор, как вообще появились «подростки», то есть специально выделенные обществом люди от тринадцати до восемнадцати, которые заняты учебой (официально) и первыми пробами реальности на прочность (на самом деле), а не тяжелой работой в деревне или на фабрике, как оно было многие столетия. Впрочем, возможно и в те, прежние времена — с подростками что-то нехорошее происходило, просто мы об этом уже не узнаем.

Первопричина всех этих бед — и не только самоубийств, но и просто глупостей, внезапных безумств, погружения в наркоманию, саморазрушения всеми возможными способами, — банальна: буйство организма.

Бывший ребенок стремительно растет, изменения, с ним происходящие, — травматичны, и его сознание просто не успевает за физиологическими переменами. Сознание мутирует, мучается и страдает

А дальше на первопричину накладываются уже причины. Плохие отношения с родителями, домашнее насилие, проблемы в школе, несчастная любовь. Все то, что взрослого человека, конечно, заставит переживать, но сомнительно, что заставит сделать какую-нибудь непоправимую глупость, — приводит подростка к петле, пуле, прыжку из окна. Он, подросток, просто не умеет еще грамотно «утрамбовывать» трудности, и его организм — не умеет тем более, и даже мешает. Все это, повторяю, банально, и всем известно.

А возмущение вызывает совсем другое. Вот сейчас, когда кошмар в Псковской области — мальчик и девочка сначала стреляли по полицейским, а потом погибли (было ли это самоубийство — другая история), — заставил нервничать всю страну, — о чем начали говорить политики? О чем начали говорить депутаты? Может быть, они захотели привлечь дополнительные деньги на психологическую поддержку школьников? Может быть, они передумали декриминализовывать домашнее насилие? Может быть, они задумались о мерах поощрения и наказания родителей — которые следят за своими детьми или не следят?

Разумеется, нет. Политики и депутаты предложили опять что-нибудь запретить. Социальные сети, форумы, фильмы, музыку, книги. Так и представляю себе счастливого, довольного жизнью подростка, у которого отличные отношения с родителями, пятерки в школе, и который находит в сети специальную группу для самоубийц и думает: о! так вот чего мне в жизни не хватало! выброшусь-ка я из окна! Конечно, это чепуха.

Подростки безумствуют не потому, что на свете есть интернет или чье-то коварное творчество.

Подростки безумствуют, потому что они подростки — причем именно те подростки, которым в жизни с чем-то вполне реальным, сугубо материальным — не повезло. А потом на их могилу приходит политик — и начинает борьбу за символическую цензуру

Гнусное зрелище. Есть всему этому, правда, практическое объяснение. Дело в том, что всерьез бороться с настоящими причинами детских бед — бедностью, насилием, отсутствием психологической помощи, преступлениями родителей или учителей — долго и дорого.

Тяжело.

Мало того, это дело неблагодарное.

Ну, добьешься ты того, что Анечке дали таблетки, у Пети сменили учителя-негодяя, а Васю перестали бить, — и кто об этом узнает? Какая от этого тебе награда, если ты политик? Разве только то, что у этих детей образуется будущее — но такие награды «работают» только в случае с очень хорошими людьми. Политики к ним, как мы понимаем, не относятся.

Зато если запрещать фильмы и сети — сколько будет шума, сколько пиара! Одни скажут — ну что за безобразие! Другие скажут — ну наконец-то!

А лайки, просмотры, цитаты, эфиры — идут и идут. Но есть и что-то более глубокое в этом стремлении бороться не с самой проблемой, а с ее косвенными признаками, с ее, так сказать, художественным оформлением.

Архаика.

Дело в том, что для архаических культур очень важно представление, что это символ творит реальность, а не реальность создает себе символ

Дождь пошел, потому что шаман наколдовал. Дождь не пошел, потому что идол обиделся. Подростки погибли, потому что во «Вконтакте» написали что-то не то. Подростки остались живы, потому что им специальным постановлением запретили читать «Вконтакте».

Страшное дело — архаика.

И если я прав, если в подсознании политиков, да и не только их, работает именно эта логика, — воспитывать тогда, боюсь, надо вовсе не только подростков. Потому что жить в мире, где ответом на то, что убийца в день преступления был в фиолетовом свитере, является запрет фиолетового цвета, запрет свитеров, — немножко грустно. Давайте не будем запрещать свитер.

Давайте не будем воевать с символами, а будем разбираться с подлинными проблемами.

Я знаю, это тяжело. Но взрослые тем и отличаются от подростков, что умеют жить в реальном мире.

Иллюстрация: Mexican Skull Свитшот

Поделиться: / / /