Виктор Мараховский
Главным внутренним потрясением первого полугодия в России стало отсутствие внутренних потрясений.
Нет, нельзя сказать, что российской публике не дают поводов. Поводы потрястись поступают в прежнем ритме, и даже чаще прежнего: вот олимпийцев снова репрессировали за мельдоний, вот арестованный Н. Ю. Белых объявил голодовку в тюрьме, а вот Госдума приняла ужасный антитеррористический пакет.
Единственное, чего тут не хватает для общественных потрясений – так это участия общества.
Арест Никиты Юрьевича граждане проводили незлой загадкой “Что такое – глаза боятся, а руки светятся”, антитеррористический пакет никого не задел, а олимпийские репрессии — вызывают эмоции сильные, но совершенно не похожие на отчаянное предчувствие скорого конца.
Как следствие — мы наблюдаем любопытные перемены в отечественной “апокалиптической публицистике”. Нависшая, согласно ей, над Родиной близкая катастрофа впервые начала пятиться с привычного “уже этой осенью” в более отдалённое будущее. В когда-нибудь потом
Патриотические мастера жанра ещё пытаются назначить падение государства на какой-нибудь “послеследующий” год (“Я примерно представляю себе, какого рода мысли сейчас должны крутиться в голове у крупного российского бизнеса. Как вы думаете, что эти люди сделают сейчас? Летом 2018 года Яровой будет не до мониторинга”).
Мастера же либеральные, кажется, не верят уже и в апокалиптический потенциал Крупного Бизнеса. По причине чего анонсируют в Шоколадном лофте в хипстерском сердце г. Москвы недорогие семинары “о том, как пережить эпоху Путина и как быть революционером, не вставая с дивана” (я не утрирую, в анонсах так и написано).
…Причины, по которым Скорый Русский Апокалипсис теряет рейтинг, – имеют, как представляется, несколько причин.
Первая причина – в том, что не взлетело слишком много апокалипсисов подряд. Парад несостоявшихся гибелей государства, открывшийся скорым крахом от санкций в 2014-м, продолжившийся в 2015-м грядущим переворотом от Крупного Бизнеса, голодом и разрухой от упавшей нефти, чудовищной военной катастрофой в Сирии и так далее – на каждом витке теряет зрителей просто потому, что краха всё не происходит.
Вторая причина, несколько парадоксальная – состоит как раз в том, что санкции и падение нефти действительно осложнили жизнь миллионам граждан. Однако привели не к социальному взрыву, как прогнозировалось мастерами апокалиптической публицистики, а к противоположному эффекту. Иными словами – отвлекли многих ещё вчерашних ожидателей краха на куда более практические задачи непосредственного выживания, лишив потенциальные революционные массы массовости.
Третья причина – чисто географическая. Те, кто ощущал особенную невыносимость атмосферы в стране и непримиримость с её курсом – за истекшие два-три года слились за рубеж, от Прибалтики до Лондона и от Испании до Патайи.
Что важно – это был отнюдь не “исход элиты” или “бегство богатых”, как можно бы думать. Нет: кроме несовместимости с идеей выживания в России – у представителей нового русского самовывоза нет никакого объединяющего признака.
Отъехали те, кто позволил себе инвестировать четверть миллиона евро в европейские экономики.
Но отъехали и те, кто по бедности заделался студентом в дешёвые прибалтийские вузы.
Отъехали те, кто купил себе дом в викторианском стиле на юге британской столицы.
Но отъехали и те, кто сдал бабушкину сталинку на Фрунзенской, отбыл на тёплый дешёвый берег и живёт там на разницу.
Итого – 200-300 тысяч, того самого “фермента апокалипсиса”, который исправно и шумно ждал конца в предыдущие годы.
Апокалиптические публицисты любят сравнивать 2016-й с 1916-м. Ну так вот, это примерно как если бы в эмиграцию отбыли не только огнеглазые лидеры революционных партий, но также все основные ячейки всех партий, все агитаторы, все подпольщики и матрос Железняк
Разумеется, можно представить себе твиттер-революцию – но крайне сложно представить себе революцию в жанре интернет-петиции, которую производят на аутсорсе эмигранты в шортиках.
…И, наконец, четвёртая причина падения рейтинга Скорого Русского Апокалипсиса – в довольно-таки серьёзной бездарности всех основных его пророков.
Штука вся в том, что все их прорицания все эти годы сводятся к самой общей схеме:
- У этого государства кончатся деньги
- Оно не сможет далее подкупать электорат подачками
- Наступит деградация управления
- ????
- Крах!
То есть, проще говоря, – у апокалиптической публицистики по сей день не имеется внятно прописанного механизма этого самого скорого краха. То есть он есть, но как «вертолёт да Винчи» – без мотора. В качестве ключевого элемента всё время выступает некий «чёрный лебедь», который внезапно выплывет и клюнет ослабевшего колосса под глиняные коленки.
При этом упомянутые выше публицисты последовательно назначали таким внезапным чёрным лебедем то экономическую дубину США, то бунт олигархии, то даже некие отряды украинских киборгов-добровольцев или ядерный удар со стороны Шестого Флота (те самые, что сегодня продают билеты на свои лекции о «пережить путинскую эпоху»).
Без этого внезапного “агента хаоса” схема не работает, а реалистичный кандидат на него уже давно не просматривается.
…Фактически этому кризису русской апокалиптической мысли имеется одна несколько рискованная, но очень подходящая аналогия – судьба секты “Свидетелей Иеговы”, возникшей именно под брендом “Мы высчитали дату конца света, и она совсем рядом”
Крупнейшей удачей данной секты в истории стал 1914-й год. Именно на этот год в начале двадцатого века она назначила Армагеддон. И когда в 1914-м действительно разразилась мировая война – в ряды секты повалили. Затем, когда мир не рухнул, руководителям организации удалось довольно успешно вырулить с помощью объяснения, что “апокалипсис начался, просто он долгий. При жизни поколения 1914 года конец света точно произойдёт, ждите и будьте готовы каждую минуту”.
Максимальной численности эта – во всех остальных отношениях крайне унылая – организация достигла в начале 90-х, когда возраст “поколения 1914-го” приблизился к средней продолжительности жизни.
А с 1995 года иеговисты переживают постоянное падение численности. Они страдают от утечки талантливых кадров и даже не пытаются уже назначать новые интересные даты конца – просто монотонно сообщая, что мир катится в пропасть по плану.
— —